<< Февраль 2021 >>
  Пн. Вт. Ср. Чт. Пт. Сб. Вс.
> 1 2 3 4 5 6 7
> 8 9 10 11 12 13 14
> 15 16 17 18 19 20 21
> 22 23 24 25 26 27 28

Особенности участия лица, задержанного с поличным, при производстве осмотра места происшествия


В этой статье:

    Какие сложности возникают при осмотре места происшествия в присутствии лица, задержанного при получении взятки
    Какую фатальную ошибку допускают сотрудники полиции при производстве изъятия предмета взятки

Особенности участия лица, задержанного с поличным, при производстве осмотра места происшествия

В этой статье:

    Какие сложности возникают при осмотре места происшествия в присутствии лица, задержанного при получении взятки
    Какую фатальную ошибку допускают сотрудники полиции при производстве изъятия предмета взятки

Статья 176 УПК РФ в качестве целей производства осмотра места происшествия определяет обнаружение следов преступления, выяснение других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Кроме того, указанная норма допускает возможность производства осмотра места происшествия до возбуждения уголовного дела в случаях, не терпящих отлагательства.

Наверное, не вызовет ни у кого сомнений, что категории обстоятельств, имеющих значение для дела, и обстоятельств, подлежащих доказыванию в силу требований ст. ст. 73 и 421 УПК РФ, имеют идентичное по своей правовой природе содержание.

На первый взгляд, сложно представить себе неразрешимые проблемы, которые могут возникнуть у следователя при описании в протоколе обстановки места происшествия в ходе процессуальной проверки в порядке ст. ст. 144–145 УПК РФ. Однако безмятежная работа следователя на месте происшествия кардинально меняется, когда в кадре возникает фигура потенциального подозреваемого. Например, лица, задержанного с поличным непосредственно после получения предмета взятки. А эта ситуация в настоящее время не только не является редкостью или исключением из практики, а, напротив, давно стала типичной следственной ситуацией, складывающейся в ходе реализации органом дознания оперативной информации о получении взятки должностным лицом.

Появление потенциального подозреваемого на сцене следственного действия требует от следователя не только традиционного описания обстановки места происшествия и изъятия следов, предметов и документов, но и, как минимум, принятия эффективных мер к выявлению процессуального статуса «дополнительного участника». Не говоря уже об учете особенностей его правого положения и порядка изъятия у данного лица в ходе осмотра места происшествия следов преступления и других имеющих значение предметов и документов. При таких обстоятельствах осмотр места происшествия из академичного описания обстановки грозит превратиться в детективный роман.

Осмотр при доследственной проверке

Первая и принципиальная проблема заключается в том, что следователь, работая на месте происшествия при реализации информации о получении взятки, в подавляющем большинстве случаев находится в стадии доследственной процессуальной проверки, так как он не располагает к моменту начала осмотра места происшествия достаточными данными об основаниях для принятия решения о возбуждении уголовного дела. Тогда как законом участники уголовного судопроизводства определены уже применительно к стадии предварительного расследования (ст.ст. 46–60 УПК РФ).

Статус задержанного

На вопрос, какие права следует разъяснить участнику рассматриваемого следственного действия – лицу, задержанному с поличным непосредственно после получения взятки, до начала его производства, коллеги-следователи, как правило, единогласно дают один и тот же ответ – «статью 51 Конституции РФ».

Однако этим не следует ограничиваться. Согласно позиции Конституционного суда РФ, изложенной в постановлении от 27.06.2000 № 11-П, понятия «задержанный» и «подозреваемый» должны толковаться в их конституционно-правом смысле, то есть правопрменитель должен исходить не из формального процессуального, а из фактического положения лица. Также в данном постановлении КС РФ дано понятие фактического задержания, под которым следует понимать принятие уполномоченными органами власти мер в отношении лица, которыми реально ограничиваются свобода и личная неприкосновенность, в том числе свобода передвижения, – удержание официальными властями, принудительный привод или доставление в органы дознания и следствия, содержание в изоляции без каких-либо контактов, а также какие-либо иные действия, существенно ограничивающие свободу и личную неприкосновенностью1.

Данные правовые позиции нашли свое отражение в действующем уголовно-процессуальном законодательстве (п.п. 11, 15 ст. 5, ч. 2 ст. 46, п. 3 ч. 3 ст. 49 УПК РФ и др.). Таким образом, если процессуальное задержание в смысле, придаваемом ему ст. 91 УПК РФ, связано с принятием следователем процессуального решения о задержании по возбужденному уголовному делу в форме протокола задержания, то фактическое задержание, производимое не следователем, а должностным лицом органа власти, уполномоченным в установленном законом порядке физически ограничить свободу и личную неприкосновенность лица, может быть произведено и до возбуждения уголовного дела. Например, когда лицо задержано на месте совершения преступления сотрудниками органа внутренних дел (п. 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции»2).

Другими словами, лицо, заподозренное в получении взятки, задержанное с поличным и участвующее в связи с этим в производстве осмотра места происшествия в ходе доследственной процессуальной проверки, имеет фактический процессуальный статус подозреваемого. Следовательно, помимо положений ст. 51 Конституции РФ до начала производства осмотра места происшествия ему необходимо (под роспись в протоколе) разъяснить сущность подозрения и права подозреваемого, в том числе перечисленные в ч. 4. ст. 46 УПК РФ.

В подтверждение изложенного следует обратить внимание на содержащееся в п. 2 ч. 4 ст. 46 УПК РФ право подозреваемого давать объяснения и показания по поводу имеющегося в отношении него подозрения либо отказаться от дачи объяснений и показаний. При согласии подозреваемого дать показания он должен быть предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний, за исключением случая, предусмотренного п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ.

Сформулированное законодателем в ст. 46 УПК РФ право подозреваемого давать объяснения по поводу имеющегося в отношении его подозрения либо отказаться от дачи объяснений не только полностью согласуется с фактическим процессуальным статусом подозреваемого в ходе доследственной процессуальной проверки, но также и в ходе производства осмотра места происшествия с его участием при описанных выше обстоятельствах. Оно свидетельствует о праве заподозренного дать объяснения по сути имеющегося в отношении его подозрения.

Процессуальные преимущества

Тактические выгоды в целях расследования при условии разъяснения подозреваемому до начала производства осмотра места происшествия сути подозрения и в полном объеме прав подозреваемого очевидны. После разъяснения прав в ходе осмотра места происшествия у заподозренного добровольно могут быть отобраны и занесены в протокол следственного действия объяснения, которые будут являться доказательством по уголовному делу, даже если подозреваемый (обвиняемый) в ходе следствия от них откажется. Ведь они были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства.

При этом положения ст. 75 УПК РФ, устанавливающие основания признания недопустимыми доказательствами показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, не применимы к объяснениям, полученным от заподозренного лица в установленном законом порядке в ходе осмотра места происшествия, произведенного до принятия решения о возбуждении уголовного дела. Аналогичным образом заявление о явке с повинной, принятое уполномоченным должностным лицом в порядке, предусмотренном УПК РФ, будет иметь доказательственное значение по уголовному делу.

Однако у следователя, встретившегося при указанных выше обстоятельствах в ходе производства осмотра места происшествия лицом к лицу с подозреваемым, в отношении которого он, в силу известных ему обстоятельств, намерен применить меру процессуального принуждения в виде задержания подозреваемого, возникает определенная организационная трудность.

Согласно положениям ч. 1 ст. 92 УПК РФ протокол задержания должен быть составлен в срок не более 3 часов с момента доставления подозреваемого к следователю. А ввиду участия следователя в проведении осмотра места происшествия, подозреваемого следует считать фактически доставленным к следователю. Соответственно, следователь в течение указанного срока должен успеть окончить производство осмотра места происшествия, вынести постановление о возбуждении уголовного дела и составить в порядке и по основаниям, предусмотренным ст. ст. 91 и 92 УПК РФ, протокол задержания подозреваемого. Разумеется, при условии, что данные процессуальные решения не будут приняты руководителем или другим следователем, протянувшим руку помощи коллеге.

Ошибка органа дознания

Однако описанная выше процессуальная казуистика вокруг участия в производстве осмотра места происшествия лица, задержанного непосредственно после получения взятки, будет сведена на нет, если изъятие в ходе данного следственного действия у заподозренного следов преступления, предмета взятки, других имеющих значение предметов и документов будет произведено вопреки его воле, то есть принудительно или в результате угроз.

Нередко сотрудники органов внутренних дел, венцом труда которых и является объект осмотра, желая подчас искренне помочь следователю, изымают предмет взятки и другие значимые предметы и документы у заподозренного, оформляя данное действо протоколом (актом) личного досмотра лица. Зачастую это происходит либо одновременно с производством следственного осмотра, либо после него. Но это ничего не меняет, поскольку результат подобной «помощи» – признание недопустимыми доказательствами всего изъятого с применением описанной схемы.

Никакими процессуальными изысками не удастся нивелировать подобный печальный для следствия исход удачного оперативного эксперимента, и вот по каким причинам.

Подобно тому, как у должностного лица на стадии процессуальной проверки, проводимой в порядке ст.ст. 144 и 145 УПК РФ, нет предусмотренных уголовно-процессуальным законом полномочий получить объяснение против воли опрашиваемого или принудительно доставить лицо в следственный орган или орган дознания для производства этого проверочного мероприятия, так и у следователя и должностного лица органа дознания в ходе производства осмотра места происшествия на указанной стадии уголовного судопроизводства отсутствуют полномочия принудительно «изучить» содержимое одежды заподозренного. Ведь объектом осмотра является место происшествия (участок местности, жилище, иное помещение), а не участник данного следственного действия.

Таким образом, на стадии проверки в порядке ст. ст. 144–145 УПК РФ при осмотре места происшествия допускается изъятие только добровольно выданных для этого заподозренным предметов и документов. Принудительное их изъятие возможно уже в ходе предварительного следствия в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством (например, в ходе личного обыска).

Вступать в рассуждения относительно применения сотрудниками органов внутренних дел личного досмотра в отношении заподозренного в целях принудительного изъятия интересующих следствие следов преступления, предметов и документов бессмысленно, так как личный досмотр является мерой обеспечения производства по делу об административном правонарушении (ст.ст. 27.1, 27.7, 27.10 КоАП РФ), никакого отношения к уголовному судопроизводству не имеет, подменить собой никакое следственное действие и проверочное мероприятие не может.



Автор: Руководитель Центра от 12.02.2013   |  Оценка  




 
  




Вы не можете комментировать!
CMS Status-X